Столичный дневник, 19 июля 2020

0

Тайм-аут

Я переехала в Нью-Йорк из Торонто в 1984 году. Как-то раз, когда я ходила по «Мейсис», я потерялась во времени. Я не носила часов и не видела их нигде на стене, поэтому начала пробираться через толпу к стойке информации.

– Извините, – вежливо спросила я. – Вы случайно не знаете сколько времени?

Коротки

Короткий мужчина средних лет за стойкой безучастно посмотрел на меня.

– Да, – ответил он.

И всё.

После неловкой паузы я сделала новую попытку.

– Вы можете сказать мне сколько времени?

Его выражение лица не изменилось.

– Да, – уныло сказал он.

Наши глаза встретились.

– Который сейчас час? – потребовала я.

– 4:35.

После этого я стала знать, как задавать вопрос как житель Нью-Йорка.

— Бренда Нилсон

Теснота Сёрф-авеню

Я любила ходить на Кони-Айленд с подругами в 1940-е, когда пляж был весь усеян покрывалами и телами.

Однажды, когда мы собирались уходить, я не могла найти свою обувь. Она исчезла. Покрывала постоянно переезжали по песку и моя обувь, должно быть, закопалась недалеко от того места, где мы расположились в самом начале.

Три мои подруги сжались вокруг меня, чтобы спрятать мои босые ноги пока мы шли. По дороге к метро мы рыскали по Сёрф-авеню отчаянно пытаясь найти магазин, торгующий обувью, но такого не было.

В конце концов женщина в одном магазине предложила мне старую пару танцевальных туфель. Они были мне стильно малы, но одна из подруг смогла втиснуться в них. Другая подруга втиснулась в её обувь, оставив мне пару, в которую я еле-еле поместилась.

Мы поехали в Нижний Истсайд с ноющими ногами, втиснутыми в обувь, которая с трудом подходила нам по размеру. Но благодаря старой паре танцевальных туфель никому не пришлось идти босиком.

— Флоранс Ниссел

Неизбежный вопрос

За много лет я привыкла, что совершенно незнакомые люди спрашивают меня натуральная ли у меня белая полоска среди чёрной шевелюры. Да, говорю им я, это наследственное.

Однажды, когда я шла по Пятой авеню, ко мне подошла женщина и показала рукой на мой волосы.

Here it comes, I thought. The inevitable question.

«Опять», – подумала я. Неизбежный вопрос.

А она заговорила со мной строгим голосом.

– У вас, – сказала она, – недостаток витаминов.

— Мадлен Ларсен

В пекарне «Везувий»

Было субботнее утро в феврале 2002 года. Несколько месяцев назад я продала всё, что у меня было, и купил билет в один конец до Нью-Йорка.

Я решила начать карьеру в книгоиздательстве. Я взяла уголок в Вест-виллидж в суб-суб-субаренду, и выходные проводил в прогулках по городу.

Однажды, когда я шла по Принс-стрит, я увидел полку с хлебом на светло-зеленой витрине магазина. Тусклые золотые буквы на одном из окон гласили «Пекарня «Везувий».

Я открыла дверь и вдохнула запах тёплого хлеба. Пожилой человек в белом фартуке стоял за низкой стойкой. Я посмотрела на хлеб, тщательно выбирая что-нибудь соответствующее моему скромному бюджету. Я улыбнулась и указала на маленький сэндвич с начинкой.

Человек в фартуке спросил уверен ли я. Он показал на более крупную круглую булку, посыпанную кунжутом, которая выглядела как корона. Именно о такой я тайно мечтала.

Я сказала, что мне жаль, но мне не хватало денег.

– Нет, юная леди, никогда не говорите так, – сказал человек, показывая на свой сердце. – Вы богаты здесь.

Одновременно с этим он взял полтора доллара, которые я положила на стойку, и вручил мне круглую булку.

Лора Холмс Хаддад

Автобусэкспресс до Вудлон

Был дождливый вечер февральского четверга, я направлялась навестить своих родителей в Бронксе.

После посадки в Ньюарке, я села на автобус от аэропорта в город, сошла на Пятой авеню и пошла до Мэдисон-авеню, чтобы сесть на автобус-экспресс Би экс эм 4. Автобус был довольно полон, но я нашла место.

Когда мы доехали до угла проезда Гранд Конкорс и 161 улицы, пассажиры выходили один за одним на каждой остановке. К тому времени, когда мы прибыли на бульвар Бедфорд Парк, я была последним пассажиром.

Я пересела вперёд наискосок от водителя.

– Куда едешь? – спросила она.

– Вудлон, – ответила я.

– Какая остановка? – снова задала вопрос она.

– 233-я и Кеплер, – сказала она.

– Окей, – ответила она.

Дождь усиливался. Мы погрузились в тишину.

Мы проехали ворота вудлоновского кладбища и затем повернули на 233-ю улицу. Было темно и я пристально смотрела на номера домов, чтобы не пропустить свою остановку.

Автобус проехал восточную часть парка Ван Кортлэнд, Херкимер-плейс и Напье-авеню.

– Моя остановка следующая, – сказала я у Ониды.

Возникла пауза.

– Надо давать сигнал, когда твоя остановка, – ответила водитель.

Мэри Хэйз

Комментариев нет. Войдите чтобы оcтавить комментарий.

Добавить комментарий

 
 
Наверх