Тяжёлый старт одной из хьюстонских семей в сторону восстановления

0

Крис Форд-Амола лежала рядом со своим мужем в отдельной комнате в доме своей сестры, в очередной раз вспоминая коричневую воду, которая лилась из-под входной двери её первого собственного дома. Вода хлестала вокруг трёх её детей, когда они, спасаясь всей семьёй, шли вброд по Сити Грин Трейл в поисках убежища в соседнем доме. Вода, которая затопила пол их гостиной, размыла стены из гипсокартона и сделал их бездомными. Ущерб от наводнения не покрывался их страховкой.

Без опыта и инструкций десятки тысяч переживших ураган, как и семья Амофа, с трудом начинают первые сложные дни после «Харви». Дожди закончились, но они теперь поглощены заботами о детях, будущем, скромных семейных финансах и о том, что осталось от домов, из которых они бежали. Им нужно выбираться из убежищ и домов своих родственников. Найти новые школы для детей. Найти номера в гостиницах, которые все заняты, взять машины в аренду, когда все автомобили разобраны, и найти время восстановить свои дома, дозвониться подрядчикам и пробраться через все бюрократические преграды, в то время как копятся счета и начальники требуют вернуться на работу.

Спустя полтора часа Крис, 43 года, ничего не добилась. Выросшая в сельской местности Луизианы, она была знакома с наводнениями и тропическими штормами. Она спаслась от урагана «Рита» в 2005 году. И всё равно, она не была готова к этому. Она подала заявление в Федеральное агентство по чрезвычайным ситуациям, но ей сказали, что она должна отправить декларацию и типовую форму заявления. У неё больше не было ноутбука и она не могла найти нужные бланки с помощью телефона.

«Где мне взять форму? – спрашивает она. – Я вижу название формы. Там нет ссылки».

Пауза.

«Мне надо поговорить с кем-нибудь. Я нажала «три» чтобы меня соединили».

Она послушала с минуту, поддерживая голову рукой.

«Это не линия поддержки?»

«Нам немедленно нужна лодка!!!, – написала Крис в «Фейсбуке». – Вертолёты нас не забирают. Помогите кто-нибудь!!!»

«Харви» вызвал оползень на побережье центрального Техаса в прошлую пятницу. Теперь был понедельник, а вода всё ещё поднималась по всему Хьюстону. На улице где жила семья Амофа, вода доходила до крыш машин и уровень её достигал роста маленького ребёнка. Она заливалась в дом из бежевого камня на северо-востоке города, где Крис и её муж, Йо Амофа, 47 лет, прожили меньше года.

Семья думала, что будет в безопасности. У Крис был второй этаж. Федеральное правительство сказало, что их району наводнение принесёт «минимальный ущерб». Поэтому они купили молоко, яйца, хлеб и укрылись на все выходные вместе с младшей сестрой Крис Миешей Джолли, 36 лет и её тремя детьми.

Крис и Йо работали шесть лет, чтобы построить дом. Шесть лет накоплений, оформления кредита, посещения курсов по управлению личными финансами и споров куда лучше вложить такую кучу денег, а также риск покупки на сумму в 180 000 долларов.

Йо, иммигрант из Ганы, сказал, что это было их американской мечтой. Семья переехала с юго-запада Хьюстона в этот новый микрорайон на опушке леса, полоску пригорода застроенную так недавно, что адрес семьи не отображался на некоторых картах.

Когда они въехали, они повесили на стену гостиной надпись: «Дом – это где начинается жизнь».

Теперь им был нужен выход. Муж Миеши пытался вернуться со своей работы на морской нефтяной вышке в Мексиканском заливе. В доме осталось трое взрослых и шесть детей, включая четырёхмесячную дочь Миеши, её двухлетнего сына и старшего сына Крис Джейсона, 17 лет, который страдает аутизмом и с трудом ходит.

Когда вода поднялась выше уровня дверей машин и стала просачиваться в дом, семья позвонила в службу 911, береговую охрану, добровольцам из клуба «Каджун неви», которые гоняли по городу на рыбацких лодках и водных мотоциклах. Дети махали из окна белыми футболками.

Никто не пришёл. Дети пытались остановить воду полотенцами и свитерами. Телефоны ревели предупреждениями о торнадо. Затем отключилось электричество. Вода в гостиной начала ползти вверх по лестнице в спальни.

В 21:14 воскресенья Крис написала в «Фейсбуке»: «Нам придётся выходить потому что вода поступает через двери и под пол как река!»

На следующий день около полудня они покидали немного одежды и документы в рюкзаки. Семья, которая бралась за руки перед едой и ходила в баптистскую церковь, попыталась собраться с силой. «Иисус, избавь меня от страха чтобы справиться с этим», – написала Крис своим 378 друзьям в «Фейсбуке». Затем они тронулись в путь по затопленным улицам. Младший сын Крис Джошуа кричал что он не хочет уходить и уцепился за зеркало заднего вида на водительской двери их нового «Ниссана Патфайндера» 2017 года, который сейчас залит водой. Его руки отцепили и все пошли вброд по дороге. Вода была детям по грудь.

Одной рукой Крис вела старшего сына, Джейсона. Он любит воду и ей приходилось проверять что он не застрял в потоке, стуча по мусору и биотуалетам, которые смыло со строек. Другой рукой Крис помогала нести двухлетнего сына Миеши, Трея, которого посадили в пластиковое мусорное ведро с рюкзаками вместо сиденья и спинки. Они пристегнули четырёхмесячную дочь Миеши, Куинн, к её автомобильному креслу, поместили кресло в пластиковую корзину и поручили малышку двум старшим девочкам: двенадцатилетней дочери Крис Рейчел и одиннадцатилетней дочери Миеши Лейле. Девочки везли малышку по воде, а она смеялась и дочь брызгал ей в лицо.

Они искали убежища в пока незанятом доме через в соседнем квартале, но потом решили, что вода прибывает слишком быстро. Они пошли дальше и остановились в доме соседа, который жарил хот-доги и гамбургеры для импровизированного эвакуационного дома, который разместился в его доме и гараже.

Через несколько часов подошла утлая лодочка и все, кроме мужа Крис, взобрались на борт. Они поплыли вдоль затопленных деревьев в сторону парковки универсама «Волмарт», где сотрудник Миеши подобрал их, выдал рис и кесадию и развернул надувные матрасы для сна.

Одиннадцатилетней дочери Миеши Лейле снилось, что вода поглотила её маленькую сестру.

Через три дня муж Крис Йо понял, что они выходят из графика. Хотя вода сошла, семья Амофа не могла жить в своём доме. Первый этаж был залит и уже пах плесенью. Обе семьи расположились в доме Миеши на северо-востоке Хьюстона, который остался сухим: четверо взрослых, шесть детей и собака.

Всё утро Йо и его свояк безуспешно пытались найти подрядчика и специалиста по гипсокартону, чтобы оценить ущерб. Они получали противоречивую информацию о том надо ли начинать обрывать стены или подождать пока профессионал осмотрит дом.

Время, жара и вода стали теперь врагами Йо, договорившись гнить и разлагаться под ковролином. Семья в соседнем квартале уже срывала их промокшие полы. Кожаный диван его соседа из дома рядом уже покрылся белой плесенью. Когда Йо вернулся чтобы убрать и осмотреть дом, он решил, что не станет ждать.

«Уже стоял запах, – сказал он стоя в луже в своей гостиной. – Не знаешь, чем дышишь. Не знаешь, что у тебя дома».

Вот так, без масок, он и сосед нанесли линию на стенах и начали отпиливать куски кухонными ножами с деревянными ручками. Гипсокартон крошился как сочные меренги. Они вытащили утеплитель, с которого лилось как с мокрой шерсти и выбросили его во двор под звуки «Натурального мистика» Боба Марли.

«Всё не так как раньше», – пел Йо.

Йо работал в строительном магазине «Хоум дипо» прежде чем перешёл на гражданскую службу по работе с населением хьюстонского управления полиции. Но тут он был не в своей лиге. Он изучал философию, а не строительство, много лет будучи студентом по обмену, жившим в Нью-Джерси.

«Меня просто убивает, – сказал он – сложность работы, которую надо сделать. А это только начало».

Он сказал, что надо снять полы, выбросить мебель, снять шкафы, проверить проводку, вызвать подрядчиков, найти чем за всё заплатить. Дадут ли им какую-нибудь федеральную помощь или займ? Потянут ли они ещё один кредит?

Крис была расстроена от того, что её семья – как и большинство пострадавших от воды – не была застрахована от наводнения. Она всегда пыталась уложиться в бюджет, вплоть до выбора сиропа для блинов, который был самым выгодным. Она сможет узнать точную сумму ущерба от «Харви» только через несколько месяцев.

Её босс в пригородной больнице где она рассылает счета сказал ей заниматься своими делами сколько ей надо. Но Йо сказал, что ему надо во вторник выходить на работу и он не знает, как выкроить время, чтобы со всем справиться.

Сосед Йо вошёл с подарком: респиратором. Йо нацепил её и снова повернулся к стене.

«Куда я положил мой нож?»

Всё казалось вечностью.

Когда подруга взяла Крис с собой в «Волмарт» купить новую одежду детям, они стояли в очереди снаружи в ряду людей, которые показывали фотографии разрушений, спасения лодками и конвоями Национальной гвардии и делились своей судьбой. Вода дошла только до дорожки в гараж. В гараж. На первый этаж. Потеряли всё.

Когда Крис и её сестра вошли в только что снова открывшийся магазин «Эйч И Би» за бакалеей, они стояли в очереди, которая обогнула по периметру весь магазин.

Когда они рассчитывались, сказала Крис, кассир сообщил что упаковка булочек для гамбургеров не укладывалась в лимит: два хлебных продукта в одни руки.

Звоня кругом в поисках номера в гостинице, она обнаружила, что мест нигде нет. Когда она стала звонить чтобы арендовать машину, выяснилось, что в Хьюстоне компании не могут ничего подыскать, разве что если бы она смогла забрать машину из Далласа.

Список дел продолжался. Позвонить в ипотечную компанию. Позвонить в агентство по чрезвычайным ситуациям. Позвонить на работу. Позвонить по поводу машины. Позвонить в страховую компанию. Позвонить коммунальщикам. Снова в агентство. Позвонить друзьям из церкви. За один день она сделала 22 телефонных звонка.

Но среди отчаяния она чувствовала моменты благословения. Друзья заплатили за две полных корзины одежды, еды и других припасов в «Волмарте». Три незнакомца заплатили за еду одним утром. Её сестра Миеша, неразлучный компаньон, сказала, что Крис, Йо и их дети могут оставаться у них сколько им надо.

Их дети относятся к вынужденному переезду как к затянувшейся пижамной вечеринке. Лейла и Рейчел, старшие, вместе поют песни и присматривают за младшими. Джейсон, который не разговаривает, мычит про себя на диване Миеши и слушает свою любимую классическую музыку на «Ютубе».

Четверг заканчивался и Крис чувствовала, что она практически не сдвинулась с места. Он наконец нашла форму для агентства и отправила её, но так и не смогла добыть машину, чтобы передвигаться по округе и добираться на работу.

Она всегда была до крайности независимой. Подрастая в маленьком городке в центре Луизианы, ей надо было заботиться о доме и младших братьях и сёстрах. Она оставила дом и уехала автостопом в Хьюстон после окончания школы в 1992. Теперь, сидя за кухонным столом, измождённая, она осознала, что «Харви» лишил её самоуверенности.

«Я ничего не могу поделать, – сказала она дрожащим от отчаяния голосом. – Я никогда не сидела, ожидая что кто-то позаботится обо мне. Я всегда всё делала сама. Теперь мне всё время надо ждать кого-то или чего-то. Я должна ждать, ждать, ждать».

Её сестра, только что уложившая волосы первый раз за последние дни, присела за кухонный стол. Женщины поговорили о своём детстве и своих родителях, как старшая сестра переехала через весь этот растянувшийся город, чтобы быть ближе к младшей, как они болтают по телефону, когда едут на работу, и о дождливом вечере, когда они вели друг друга через водный поток.

Комментариев нет. Войдите чтобы оcтавить комментарий.

Добавить комментарий

Наверх